Истории нашего городка. Дед Иван был огромен и костист. К его девяносто семи годам мышцы на могучем костяке скукожились до каких-то веревок с узлами. Правда, похоже очень крепких веревок. Какой же махиной он был в молодости.
Забавно было, когда другие пенсионеры — лет на тридцать его помладше — привычно материли власть, молодежь, и качество водки.
Иван не матерился вообще, и водку не оценивал, потому как смолоду — не пил. Да и не курил, даже на фронте. В брюзжащих дискуссия не участвовал, только усмехался порой. «Да всякое бывало и лучше и хуже»
Один раз, правда, на молодежь пожаловался. На какой-то праздник к нему вся родня явилась, с подарками. Он уже и в правнуках-то со счета сбился — то ли восемьдесят, то ли девяносто, а тут уже и пра- правнуки подоспели. И все чего-то тащат.
-Куда мне эти подарки девать? У меня уже весь чердак одними рубашками ненадеванными забит. Заберите кто нибудь, отдайте кому нужно. Не увозят.
А с водкой у него были свои счеты. Друг погиб по-пьяни, да не сразу.
Истории нашего городка. ( рассказ деда Ивана)
-Еду я на трелевщике ( был такой «фанерный танк» тдт-40) темнеет уж. Гляжу на обочине из сугроба что-то черное торчит. Вышел, посмотрел: да это ж чья-то задница в ватных портках. А портки-то знакомые. Откопал, точно — Лёха, дурень. Напарник мой. То-то не было его на смене, опять в запой ушел. Куда пробирался — не ясно. И дом и магазин, совсем другой стороне.
Все, кирдык, отбегался. Какой там пульс, на нем даже снег не тает.
Стал его в кабину затаскивать, куда-там, он же весь в растопырку закоченел, руки ноги в разные стороны, не пролазит. Ну я его снаружи чалкой прикрутил, так и повез домой.
Думал, как бы тут супруге его помягче сообщить, что б, значит, чего плохого с ней от расстройства не приключилось. А она как увидела Леху, да как заорет:
-Ты куда мне эту падаль приволок!!! Тащи обратно, туда откель взял.
Что мне тут делать? Повез домой. Ну не улице же бросать. Моя Настя увидала «подарочек»- час молчала. Прислонили его к стенке, что б утром там уж с милицией разбираться.
А Леха лежал -лежал, да оттаял. Захрипел , потом закашлял. Ну, знамо дело уже не милицию, врачей надо. Фельдшера позвали, он его в город в больницу велел доставить. Два месяца потом в палате бывший покойник валялся — вышел, как и нет ничто.
Так что думаешь пить бросил? И не собирался. Вот уж Бог его, дурака предупредил, ан нет, не понял. Через два года вместе с трактором утонул, теперь уж напрочь.
Вот, что она водка-то, с человеком делает.
Не знаю, жив ли дед Иван сейчас, все же много лет с того разговора прошло. Но если жив — дай Бог ему здоровья, если преставился уже — так Царствия Небесного.